Муж в ванной печатает фотоснимки. Жена громко комментирует:- Представляю, что это за фотографии, если их нужно печатать в темноте!

По берегу реки идёт фотограф.- Мужчина! Скорее! Моя подруга тонет! - нагоняет его женщина.- Извините, - говорит он, - но у меня уже кончилась плёнка...

Фотограф Сидоров отказался от западной привычки предлагать фотографируемым говорить"чи-и-и-из". По своему опыту он знает, что улыбка получается гораздо более естественной, если фотографируемые говорят "хе-е-е-ер вам".

Фотограф:- А теперь, малыш. улыбнись и смотри, как вылетит птичка.
Мальчик:- Надоели эти сказки. Лучше возьмите экспонометр, проверьте освещенность и установите правильно диафрагму.

Начинающий фотограф сидит на кухне со своей моделью-натурщицей. Пьют чай, говорят о том, о сем…Вдруг раздается звонок в дверь. Художник меняется в лице:- Это жена!!! Быстро раздевайся!!!

Актриса просматривает фотографии с журналистом. Он берет одну, не самую удачную, а актриса ему и говорит:- Эта фотография была сделана, когда я была намного старше.

Встречаются три кладбищенских работника и начинают рассказывать, кто какие похороны в ближайшее время видел.Один : “У нас поэта хоронили, тыщи две народу собралось, три часа стихи читали…”Другой: “А на нашем кладбище, хоронили композитора, набралось не меньше трех тысяч и десяток групп - больше пяти часов играли, на которые композитор написал музыку…”Третий тем двоим: “Это все фигня… Я вчера был на похоронах одного профессинонального фотокритика из интернета, народу набралось - фотографов профессиональных - тысяч десять… Все с фотоаппаратами разными… Canonы, Nikonы… Так этого кекса раз десять на бис закопали!”

Сева на древо за вишней полез,
Сторож Матвей вынимает обрез.
Выстрел! Раздался пронзительный крик…
“Сорок второй!” – ухмыльнулся старик.


О. Хайям
Плеч не горби, Матвей, и не нужно рыдать.
Гибель Севы ты можешь легко оправдать –
Столько вишен спас выстрелом, слава Аллаху!
Значит, осенью будет наливка опять.

В. Шекспир
Любовь и смерть близки как две руки,
Но думал ли о том несчастный Сева,
Когда, морали общей вопреки,
Тайком полез за вишнями на древо?

Да, он любил! Любил их нежный вкус,
Их аромат, их сладкий сок и мякоть.
Но вынести не смог любовный груз,
И проиграл…О нём не надо плакать.

От бурной страсти обретя покой,
Лежит теперь он в зарослях шалфея,
Сражённый справедливою рукой
Сурового апостола Матвея.

По-разному приходит к нам любовь,
Но плата за неё известна – кровь.

М. Басё
Меток Матвей-сан.
Кровь юного самурая,
Словно сакуры сок…

И. Крылов
Проказник Сева, малый лет семи,
Считал, как говорят, себе на горе,
Что вишни слаще на чужом подворье.
Подобное случается с детьми.
Хоть маменька по десять раз на дню
Твердила: “Бог воров накажет строго”,
Но Сева все слова про Бога
Воспринимал как болтовню.
Решив откушать вишен всласть,
К соседу – шасть!
В саду он, с ловкостью медведя,
Залезть на дерево сумел,
Но так при этом нашумел,
Что всполошились все соседи.
И вот, уже, из-за ветвей,
На Севу смотрит дед Матвей.
Он, паутинку сняв с лица,
Одним движеньем быстро, ловко
Из-под полы достал винтовку
И взял на мушку стервеца.
Дуплет! Посыпалась листва,
И старец хмыкнул: “Сорок два”.

Мораль: не хочешь пулю в свой живот –
Не разевай на плод, запретный, рот.

А. Пушкин
Июльским солнышком согретый
Благоухает старый сад.
Мне с детства дорог запах лета
И спелых вишен аромат.
Читатель, ты, наверно, тоже,
Когда был малость помоложе,
Любил в соседский сад залезть,
Чтоб ягод с дерева поесть.
Вот точно так же юный Сева,
Увидев пышные сады,
И соблазнившись на плоды,
Решил отведать вишен с древа.
И ранним утром, словно вор,
Тайком полез через забор.

Не знал шалун, что спозаранку
Колхозный сторож дед Матвей,
Покинув теплую лежанку,
В саду укрылся меж ветвей
И прихватил с собой берданку,
С которой в грозную гражданку
Уже командовал полком,
Слыв “Ворошиловским стрелком”.
Он на непрошеного гостя
В прицел оптический глядит –
Хлопок! – и Сева вниз летит,
Ломая сучья, ветки, кости.
Убит воришка. Сторож рад,
Зарубку ставит на приклад.

М. Лермонтов
Скажи-ка, дядя, как так вышло,
Во всех садах пропали вишни
На целую версту?
И лишь у нас вокруг беседки
От спелых вишен гнутся ветки,
И смотрят с завистью соседки
На эту красоту.

Ох, любопытен ты, Ванюша!
Но если хочешь знать, послушай –
В деревне тут, у нас
Шпана шалила этим летом.
Нагрянут ночью, а к рассвету
В саду следа от ягод нету.
И так из раза в раз.

Сначала жители роптали
И письма-жалобы писали,
Прося шпану унять.
Но от начальства мало толку,
И вот тогда я втихомолку,
Достав из подпола двустволку,
Стал вишни охранять.

Да, нелегко достались вишни.
Бандитов сорок, даже с лишним,
Поймали мой жакан.
Последней жертвою был Сева.
Его я срезал прямо с древа.
А не захаживай налево,
Отпетый хулиган!

Зато теперь у нас порядок,
Никто в садах не топчет грядок
И ягоды не рвет.
Вздохнули люди с облегченьем.
А я тебе на день рожденья
Сварю вишневое варенье
И сделаю компот.

Н. Некрасов
В каком году – не ведомо,
В каком краю – не сказано,
В деревне возле озера
Жил старый дед Матвей.
Росла у дома вишенка –
Одна отрада дедушке,
Души не чаял в ней.

Но как-то тёмной ноченькой
Соседский отрок Всеволод
Незваный и непрошеный
Прокрался словно тать.
Решил по злому умыслу
Затеять шутку скверную
И с вишенки Матвеевой
Все ягоды сорвать.

Достал с заветной полочки
Старик свою двустволочку
И жахнул метким выстрелом
Злодею прямо в лоб.
А труп упрятал дедушка
В могилку возле вишенки
И сверху посадил еще
Петрушку и укроп.

И. Северянин
Это было в деревне в середине июля,
Когда сочные вишни созревали в саду,
Когда вечером синим пела песни зозуля,
И лягушки ей хором подпевали в пруду.

Ах, пурпурные вишни – квинтэссенция лета,
Вы – магнит для поэтов и мечта поэтесс.
И поэтому Сева, несмотря на запреты,
На Матвеево древо грациозно полез.

В тишине грянул выстрел, и смертельная пуля
Погубила поэта, погасила звезду…
Это было в деревне в середине июля,
Когда сочные вишни созревали в саду.

С. Есенин
Плач тальянки еле слышен,
А на огненной заре
Заалели гроздья вишен
У соседа во дворе.

На скамейке возле хлева
Парень девке подмигнёт –
Жди, подруга-королева,
Сева ягод принесет.

Вечер бархатный спустился,
А в тени густых ветвей
С карабином притаился
Хитрый сторож дед Матвей.

В чарах звездного напева
Мотыльки пустились в пляс.
Не дождётся девка Севу –
У Матвея меткий глаз.

В. Маяковский
В самом
Разгаре
Лето.
В саду
У деда
Матвея
Густо
Висят
На ветках
Вишни,
Кровью
Алея.
Кто там
Словно
Разбойник
Тайно лезет
На древо?
Сорок
Второй
Покойник –
Сева!
Сева!
Сева!

Б. Пастернак
Писать об этом нелегко,
Но было дело:
Алела вишня высоко.
Одна алела.

Рассудок Севе говорил:
“Не лезь! Не близко”,
Но дух упрямства победил,
Хотелось риска.

Направо бросил цепкий взгляд,
Потом налево,
Забыл лишь посмотреть назад,
К несчастью, Сева.

Он вверх по дереву тайком
Полез несмело.
Алела вишня высоко.
Одна алела.

Наверно Севе на беду,
Назло Морфею
Не спится сторожу в саду,
Стрелку Матвею.

Заметил “гостя” и узнал
Повадку вора.
И прозвучал в тиши сигнал –
Щелчок затвора.

Сверкнул как стеклышко очков
Зрачок прицела.
Алела вишня высоко.
Одна алела.

И вот уж Всеволод достиг
Желанной ветки,
Но грянул выстрел в этот миг
И очень меткий.

Так нитку жизни оборвав
На верхней ноте,
Матвей пометил: “Сорок два”
В своём блокноте.

На землю сорванным листком
Летело тело.
Алела вишня высоко.
Одна алела.

А. Барто
Не укрыла Севу ветка,
Дед Матвей стреляет метко.
От воришек вишню спас
Сторож сорок с лишнем раз.

Р. Рождественский
Об этом, товарищ. Не вспомнить без слез.
Стоял возле речки богатый колхоз.
Там в пышном саду, что у края села,
Высокая вишня,
Высокая вишня,
Высокая вишня привольно росла.

Сынок председателя, шустрый малец,
Решил, пока занят в поле отец,
Залезть в этот сад и ни свет ни заря
Общественных вишен,
Общественных вишен,
Общественных вишен поесть втихаря.

На дерево Сева стремительно влез,
Но сторож заметил и поднял обрез.
Взметнулись вороны как черный салют:
А люди решили,
А люди решили,
А люди решили – ученья идут.

Стоял председатель в глубокой тоске,
Сползала скупая слеза по щеке.
Но сторожу он, несмотря на печаль,
За верную службу,
За верную службу,
За верную службу повесил медаль.

Л. Филатов
Из знакомых мне людей
Рыжий Севка-прохиндей,
Заявляю фицияльно,
Был ворюга и злодей.

Подтверждаю, энтот гад
Трижды лез в Матвеев сад,
Тырил ягоды мешками.
Вон, под вишней компромат.

Ну, Матвей-то не дурак,
Сам всё знает – что да как.
Сел с ружьем в саду в засаду,
Чтоб пресечь сей кавардак.

Видит – Севка словно тать
Лезет вишню обметать.
Он и выстрелил навскидку.
В чём проблема. Вашу мать?

Да, конфуз на энтот раз
Приключился здесь у нас:
Целил в задницу и солью,
А попал-то пулей в глаз.

Не пойму, ядрёна вошь! –
Сорок раз одно и то ж.
То ли мушка покосилась,
То ль он в снайперы не гож?

Адрес песенки (внимание, встречаются нецензурные субтитры):
http://www.youtube.com/watch?gl=RU&v=hmjyAZlUQbU

- Любимый! Где мы будем делать нашу свадьбу?
- Конечно-же в Фотошопе!

пример рекламы сети кинотеатров “Utopolis”, лозунг “Реальность - отстой!”

I-gorka Жесть!!!!!!!!

Научное открытие. Новые сведения (мое расследование)


Последние годы в обществе активно муссируется тема Ктулху (еще его называют Ктулху Фтанг). Известно что он (она, оно) есть спящее на дне Тихого океана чудище, способное дистанционно влиять на разум человека.
На вид Ктулху разными частями тела подобен осьминогу, дракону и человеку: судя по барельефу Энтони Уилкокса, героя «Зова Ктулху», и таинственному древнему изваянию. Чудище имеет голову со щупальцами, гуманоидное тело, покрытое чешуёй, и пару рудиментарных крыльев. Описание из вымышленного бортжурнала Густафа Йохансена добавляет, что живой Ктулху хлюпает и истекает слизью при движении, а тело его зеленое, студенисто и чудесным образом регенерирует с поразительной быстротой. Точный рост его не указывается; Йохансен уподобил чудище «ходячей горе», большей, чем «легендарный Циклоп»; Ктулху (плывущий или же идущий по дну) «воздымался над нечистой пеной, как корма демонического галеона».
Ктулху принадлежит роду Древних. Он лежит во сне, подобном смерти, на вершине подводного города Р’льех посреди Тихого океана. «При верном положении звёзд» Р’льех появится над водой, и Ктулху освободится. Известно что Ктулху сосет мозг и больше ничего. Даже Путин не смог ответить на вопрос "Ху ис, мистер Ктулху?".

Но это так, лирика. Вернемся к научному открытию.
Итак интенсивные наблюдения последнего времени утвердили меня в мысли, что Ктулху освободился и следуя веяниям времени и модному в разных уголках мира гриппу мутировал. Теперь он (она, оно) не огромный полуспрут-получеловек с крыльями - он раздробился на миллионы, сотни миллионов спор и поселился (как грипп) в живые организмы хомо якобы сапиенс. Науке еще не известен механизм заселения Ктулху в новые биологические жилища. Например не известно по каким критериям он выбирал популяцию, высасывал ли предварительно мозг из особи в которую поселялся, или изначально искал пустые вместилища, но свершившийся факт говорит о том, что Ктулху местом своего обиталища выбрал преимущественно тела и головы блондинок - особей женского пола, условно относящихся к категории хомо разумикус. А уж споры Ктулху упав в такую благодатную почву, овладев таким уникальным для деятельности вместилищем, развернули свою деятельность в невиданном доселе масштабе. Ежедневно, ежечасно, ежеминутно, ежесекундно огромная масса окружающих нас ктулхов высасывают наш мозг - дома, на работе, на улице, в магазине, в транспорте, с экрана телевизора..... За последние полгода незнакомые Ктулху в общественных местах, раза три высасывал мне мозг до полного изнеможения. Хотя надо отдать Ктулху должное - оно научилось не доводить до крайнего состояния и не питается, а только подпитывается мозгом, не высасывая его полностью и окончательно. Ну за исключением редких случаев как например что сотворила Ктулху Тимошенко с мозгом Ющенко. Но это уже другая история...

В честь 4-летия немного юмора: http://www.youtube.com/watch?v=gNmPybFK ... r_embedded
Прям как комменты на галлерее!